Browse our Arts and Humanities Journals

Discover the Latest Journals in the Field of Arts and Humanities

Arts and Humanities journals’ primary focus is on presenting theoretical and empirical research in these respective fields. The main goal is to encourage educational research and connect academia to the scientific community. Researchers and scholars need to share their research findings with others to help better understand and act on the ongoing social changes in the field. The Arts and Humanities journals aim to provide a platform for everyone who shares a common interest in these fields and to group all the latest field findings in one place.

Arts and Humanities

You are looking at 61 - 70 of 9,245 items for

  • Refine by Access: All Content x
Clear All

Abstract

This paper covers the mould-blown scallop bowls from Late Roman Pannonia (Hungary), which merit a discussion because compared to other regions of the Roman Empire, scallop bowls have a relatively dense distribution in this province (Fig. 6). All the bowls described and discussed here were part of the grave goods recovered from burials, providing a good context for these vessels.

Open access

Abstract

Elephant ivory, a prestigious and valuable raw material in the post-Roman West and Byzantium between the 5th and 7th centuries AD, may originate from various sources. While both written and art historical evidence suggests that in the case of early medieval artefacts, African provenance is more likely than Asian, no data at hand is conclusive. The present paper investigates, with the help of FTIR and Raman spectroscopy, carbon and nitrogen concentration and nitrogen isotope (δ15N) analyses, the material resources of elephant ivory artefacts discovered in 6th- and 7th-century AD archaeological context in the Carpathian Basin to contribute to our understanding of late antique long-distance trade networks and economic relations.

Open access

Abstract

The Gepid Period row cemetery at Tiszaug-Országúti bevágás was unearthed in 2018–2019. Grave 301 was one of the outstanding burials amongst the 194 graves unearthed thus far. It kept the remains of a 9–11-year old boy, who was laid to rest in a scale-down burial created according to the funerary customs of the area and era but dressed in a mortuary costume and provided with goods befitting adult men. He had a purse hanging from his belt, containing an iron knife, and some pieces of flint. A double-row antler comb was placed beside his head. A cast copper alloy belt buckle with a shield-shaped pin base and punch-mark decoration fastened his clothing on the front. While buckles of this type were widely used at that time, the closest analogies to the punch-mark decoration could be collected from the Carpathian Basin. Based on those, the burial could be dated to the mid or late 6th century AD. Another outstanding feature of the cemetery was the four burials (including Grave 301) where the deceased were laid to rest in coffins made from or imitating log boats.

Grave 301 also contained a rounded conical ivory object. The optical microscope and vibration spectroscopy analyses confirmed the initial hypotheses of the finders about the raw material of the artefact. Despite carrying out a comprehensive survey for analogies and an analysis of production and use-related marks, we could not determine what the object could have been used for; it may be a semi-finished product, but it could also be a toy or amulet. At any rate, it was made from a raw material which was extremely rare in the eastern part of the Carpathian Basin in the period in question. Grave 301 was positioned in a cluster comprising more child burials, with the graves of two adult women at the fringes; the ongoing archaeogenetical investigations may shed light on the connections between them.

Open access

The paper constitutes part of a long-range series aiming, step by step, to identify the inherited Afro-Asiatic stock in the etymologically little explored lexicon of the Omotic (West Ethiopia) branch of the Afro-Asiatic family displaying the least of shared traits among the six branches of this macrofamily, which suggests a most ancient Omotic desintegration reaching far back to the age of post-Natufian neolithic.

Restricted access

Abstract

This paper serves as the postscript to the present special issue, in which I briefly report on my impressions of reading the papers. I start with the theoretical models guiding the empirical studies in the special issue. Then, I review the contents of the papers and discuss their findings. Finally, I conclude this postscript with suggestions for future research.

Restricted access

Abstract

In this introduction to the present special issue, we first define the notion of Small Talk from a pragmatic point of view and interconnect Small Talk with interaction ritual. Following this, we point out why a speech act-based approach is particularly useful to study Small Talk in a rigorous and replicable way. We also introduce the speech act framework used by all the studies in the special issue. Finally, we introduce the contents of the special issue.

Restricted access

The Tangut character 'ja ¹ (#1718) is usually glossed as Chin. nuò 诺 ‘(to) promise; yes’ in dictionaries. Given the fact that it does occur in rhetorical questions, this article argues that Tangut 'ja ¹ is instead a constituent question particle and thus not restricted in rhetorical use. The conclusion is based on a detailed philological investigation, employing multilingual parallel texts where applicable. Comparisons with other Qiangic languages reveal several candidates for cognates. Nonetheless, their similarity is more likely to be an areal typological feature, rather than an etymological relation.

Restricted access

Проблемы поэтики раннего Чехова в соотношении с газетным дискурсом

Список как формат текста

The Problems of Chekhov’s Early Poetics in Correlation with Newspaper Discourse: The List as a Text Format

Studia Slavica
Author:
Dominika Zoltán

В статье рассматриваются некоторые особенности поэтики ранних работ (1880–1885) А. П. Чехова в сопоставлении с современной ему газетой в качестве дискурса. В первой половине 1880-х годов завершается процесс, в результате которого ежедневная газета выдвигается как доминирующий орган в новой системе печати. Этим зарождается массовая коммуникации в России, необходимой частью которой являлась «малая пресса», то есть сфера юмористических журналов, тонких журна-лов и ежедневных газет, в которых Чехов начал публиковаться.

В статье суммируются выводы исследований, реконструирующих культурное пространство рос-сийских газет и журналов обозначенного периода. Вводимое в целях сравнения понятие «газетный дискурс» понимается в статье как новое, единое пространство, которое стремится к универсально-му моделированию мира производством текстов. Газетный дискурс как термин отделяется от по-нятий «малой прессы» и «журналистики». В конце первой части рассматривается также понятие дискурсивной практики и интердискурсивности как один из видов интертекстуальности по клас-сификации Н. Фэркло.

Во второй части суммируется типология, созданная А. Степановым для ранних текстов Чехова на основе смешения или смещения в них высказываний разных речевых жанров. В дальнейшем на основе типологии выделяются те юморески, в которых обыгрываются газетные речевые жан-ры. Для сравнения с практикой газет наиболее интересным из структурных типов ранних текстов является метонимическое рядоположение не имеющих общего референта высказываний одного или разных речевых жанров. И. Сухих считает, что в принципе метонимического упорядочения мелочишек (создание циклов, серий и списков) проявляется требование газет и журналов того времени. «Мысли читателей газет и журналов» и «Записка» интерпретируются как построенные по принципу списка юморески, высмеивающие общую практику газетного дискурса – стремление к универсальности.

В двух юморесках освещается элемент пародийного интердискурса: построение по принципу спи-ска. Этот структурный тип в общем плане в творческой эволюции Чехова ведет к более сложным, составным структурам типа «Жалобной книги». Часто используемый молодым Чеховым газетный жанр реклам и объявлений также может быть переосмыслен как составная структура типа серий или списка. Интердискурсивный элемент в творческой лаборатории Чехова трансформируется в художественный прием: метонимическая логика составления списка становится индексом состо-яния, духовности, атмосферы изображаемой действительности.

Open access
Studia Slavica
Authors:
Валерий Мокиенко
and
Татьяна Никитина

В статье на материале фразеологизмов русского и других славянских языков с привлечением вен-герских фразеологических параллелей рассматривается образная составляющая концепта «Бог». Для анализа отобраны фразеологизмы, образы которых отражают взаимодействие Бога и человека. Цель статьи – показать, как в ассоциативных механизмах фраземообразования и ситуациях, отра-жаемых прототипами идиом и пословиц, реализуются общехристианские представления о миро-устройстве и национально специфические интерпретации взаимодействия человека и Бога.

Анализируются обороты, восходящие к текстам Библии и представляющие сцены земной жизни Христа, его контакты с последователями и преследователями. В народных фразеологизмах, которые также стали объектом сопоставительного анализа, метафорически переосмысляются ситуации вза-имодействия Бога и простого человека. Клишированные обращения человека к Богу как еще один вид взаимодействия человека и Бога, содержат просьбы о семейном благополучии, здоровье, удаче.

Выявлены общие идеологемы, передаваемые конфессионно маркированными фразеологизмами и паремиями славянских языков и венгерского языка. Этот материал свидетельствует о том, что Бог в народных представлениях – заботливый покровитель, помощник человека. Бог определяет судьбу человека, сроки его жизни, отдельные поступки. Бог требует соблюдения определенных мораль-но-этических норм и сурово наказывает за отступление от них.

Анализ нашего материала позволяет сделать предварительные заключения о фраземообразова-тельной активности отдельных библейских мотивов в разных лингвокультурах: страдания Христа, отречение его учеников, карающая сила Бога шире представлены в образах западнославянских фра-зеологизмов. Русские фразеологизмы с компонентом «Бог» чаще строятся на ассоциациях с благодатью, фразеологически представленное общение с Богом зачастую можно охарактеризовать как неформальное, на Бога чаще перекладывается ответственность за опрометчивые или неблаговид-ные поступки. Симбиоз языческих и христианских представлений о мироустройстве особенно ярко иллюстрируют русские и венгерские фразеологические обороты, в которых упоминаются русский бог, венгерский бог. На русском и венгерском материале показаны также механизмы десакрализа-ции слова Бог и его использования в угрозах-обсценизмах.

Особое внимание уделяется анализу народно-этимологических и профессиональных версий про-исхождения конфессионально детерминированных фразеологизмов. Подчеркивается, что резуль-таты проведенного исследования могут быть полезны при составлении лингвокультурологических словарей и словарей библеизмов.

Restricted access

The important role that the Hašt Bihišt VI of Idrīs Bidlīsī (1457–1520) and the detailed accounts he devoted to the reign of Murād II (1421–1444; 1446–1451) played in the development of early modern Ottoman historiography cannot be denied. Although the work was popular in the Ottoman world, especially its court circles, where its handsome copies were avidly produced, it was never prepared as a critical edition in its original Persian in the modern Ottoman studies departments. The following discussion concentrates on an editorial emendation that shows the carelessness of Bidlīsī in the transmission of his quotations. The formation of the Sufi and Shiite elements within Book VI of Hašt Bihišt is only briefly discussed.

Restricted access