Search Results

You are looking at 1 - 2 of 2 items for :

  • Author or Editor: Tünde Szabó x
  • Arts and Humanities x
  • Refine by Access: Content accessible to me x
Clear All Modify Search

In her interviews and essays, Ulitskaya has often alluded to the great effect that Pasternak’s poetry, and especially Doctor Zhivago, has had on her. In one of the episodes of her novel The Big Green Tent, she describes a first encounter with Pasternak’s novel; the teacher of literature who plays a decisive role in the lives of the main characters reads a manuscript copy of the novel and describes it as a worthy continuation of 19th-century Russian prose.

The parallels between the novels The Big Green Tent and Doctor Zhivago have al- ready been the subject of scholarly attention but the connection between Jacobs Ladder and the Pasternak novel has not been studied so far. In this study, I examine this connec- tion: on the one hand, at the level of macrostructures, the chronotope, the patterns of the heroes’ fates and the principal thematic elements, and on the other hand, at the level of cer- tain microstructures.

The latter are linked to the present-day plot of Ulitskaya’s novel and, more specifi- cally, Nora’s life. Nora reads the correspondence and notes that her grandfather left for her as well as the KGB documents about Yakov Osetsky towards the end of her life (and the plot itself). As a result of this, she wishes to write the novel that her grandfather Yakov could not due to the historical situation.

The process of Nora’s confrontation with the past and her becoming a writer are coded in Ulitskaya’s text by two of the poems of the Zhivago cycle Winter Night and August and also in the related episodes of Pasternak’s novel. All of these have biographical relevance and present creation as a fundamental element of life, which is closely linked to love and death as well as metaphysical experience. The symbolic parallel of this in Zhivago’s August is the transfiguration of Jesus and “the light without a flame” that blinds the disciples. This symbolism appears in Jacobs Ladder on two levels: first, in the stage set that Nora creates for King Lear, and second, as a concomitant of her confrontation with the past and her becoming a writer.

It is in this way that the fundamental elements of Pasternak’s life and poetry play a crucial role at the level of microstructures: they provide the context and symbolism of the central question of Ulitskaya’s novel, the nature of “the essence” of the human.

Open access

Феномен музыки в прозе Л. Улицкой

The Phenomenon of Music in L. Ulitskaya’s prose

Studia Slavica
Тюнде Сабо

В данной статье рассматривается роль музыки в романах Л. Улицкой. Из высказываний Улицкой ясно, что музыка всегда играла чрезвычайно важную роль в ее жизни. Это отражается и в ее твор-честве: музыка как тема и аспект жизни героев является основополагающим фактором во многих ее произведениях.

В данной статье мы попытаемся исследовать поэтическую функцию музыки в этих произведени-ях. На основе анализа произведений Веселые похороны, Казус Кукоцкого, Зеленый шатер и Лестни-ца Якова можно выделить три основных аспекта этой функции: создание референциального фона, создание специфического музыкального дискурса и структурирование различных уровней текста.

Создание референциального фона связано с формированием мира героев: герои посещают реаль-ные места (музыкальные школы, концертные залы и т. д.), характерные для данного исторического периода и они слушают или играют конкретные произведения конкретных композиторов. Прото-типами для некоторых героев послужили музыканты, сыгравшие важную роль в русской культуре.

Герои-музыканты Улицкой относятся к музыке по-разному: они могут быть воспринимателем, композитором или теоретиком музыки, и, как правило, они признают музыку как основной прин-цип жизни. Формулировка чувств и идей о музыке, взятая в целом, создает в произведениях вполне определенный музыкальный дискурс, который взаимодействует с другими дискурсами (научным, религиозным и т. д.), связанными с героями-немузыкантами.

Само по себе создание музыкального референциального фона не входит, а музыкальный дискурс входит лишь отчасти в круг интермедиальных явлений. Взаимодействие музыки и литературы как двух видов искусства наиболее ярко проявляется в использовании музыкальных структур. В статье представлены два примера, в которых макро- и микроструктуры текстов организованы по прин-ципу музыкального рондо. В повести Веселые похороны чередование настоящего времени процесса умирания главного героя и прошлых эпизодов, связанных с второстепенными персонажами, со-ставляет форму музыкального рондо, а в одном из эпизодов романа Зеленый шатер форма рондо вытекает из чередования различных форм высказывания (голос повествователя / внутренний голос героя / переплетение голоса повествователя и голоса героя).

В целом, произведения Улицкой чрезвычайно разнообразно используют литературную репрезен-тацию музыки. Созданный в них музыкальный мир, характерный для ограниченной части сюжета, предстает в сочетании с другими сегментами культуры и способами их репрезентации, в результате чего возникает очень богатая, синкретическая поэтика романов.

This paper examines the role of music in L. Ulitskaya’s novels. It is clear from Ulitskaya’s statements that music has played an extremely important role in her life, which is reflected in her oeuvre: music as a theme and an aspect of the heroes’ lives is a fundamental factor in many of her works.

This paper tries to explore the poetic function of music in these works. Based on the analysis of The Funeral Party, The Kukotsky Enigma, The Big Green Tent, and Yakovs Ladder, three basic aspects of this function can be distinguished: the creation of a referential background, the creation of a specific musical discourse, and the structuring of the different levels of the text.

The creation of the referential background is linked to the shaping of the world of the heroes: the activities of some heroes take place in real places (music schools, concert halls, etc.) specific to a given historical period and linked to specific works by specific composers. Musicians who have played an important role in Russian culture served as prototypes for several of these heroes.

Ulitskaya’s musician heroes relate to music in a variety of ways: as a recipient, as a creator, or as a theoretician, and they all recognize music as a principle of life. The formulation of feelings and ideas about music, taken as a whole, creates a well-defined musical discourse in the works, which interacts with other discourses (e.g. scientific, religious, etc.) related to non-musician heroes.

The creation of a referential background in itself is not, and the musical discourse is only partly an intermediary phenomenon. The interaction between music and literature as two artistic disciplines is most evident in the use of musical structures. The paper presents two examples where the macro- and micro-structures of texts are organized by the principle of the musical rondo. In The Funeral Party, the alternation of the present of the protagonist’s dying and of past episodes related to minor characters constitute the musical rondo form, while in an episode of The Big Green Tent, the rondo form is drawn from the alternation of different forms of utterance (the narrator’s voice / the hero’s inner voice / the interweaving of the narrator’s voice and the hero’s voice).

All in all, Ulitskaya’s works make extremely varied use of the literary representation of music. The musical world created in them, which is specific to a limited part of the plot, is presented in conjunction with other segments of culture and their modes of representation, resulting in a very rich, syncretic poetics of the novels.

Open access